"Сколько людей из России живут в США, все предатели что ли?" Большое интервью Евгения Дадонова
Игорь Еронко из Хельсинки
Телевидение, кухня
– К каким вещам в Америке не смогли привыкнуть до сих пор?
– Ко всему уже привык. Первая поездка, конечно, помогла. И мы вообще, даже когда жили в России, часто летали в Америку. Но вот американские телеканалы я почти не смотрю.
– Почему?
– Я могу посмотреть там баскетбол или хоккей на американском канале, но чтобы какие-то шоу – нет. Обычно русские смотрю.
– И какие каналы?
– ТНТ часто смотрим дома.
– "Камеди Клаб"?
– Да что идет. Сериалы какие-нибудь. Дети мультики смотрят. Жена иногда включает им на английском. Пока они еще маленькие, им без разницы, на каком языке смотреть.
– Дети знают два языка?
– Они ходят в английскую группу в садик, а разговаривают практически только на русском.
– Скучаете по русской кухне?
– У нас мама пока живет моя, она готовит дома русские блюда. Если честно, то я не особо скучаю по русской кухне. Но вот недавно мы сходили в Нью-Йорке в русский ресторан, и там я захотел съесть все и очень сильно объелся.
– А вы за весом своим пристально следите? Учитывая, что он у вас небольшой совсем.
– Не сказал бы. Конечно, нет такого, что я ем все подряд. За питанием я стараюсь следить. А за килограммами – нет.
– Никогда не хотели набрать массу? Или вы считаете, что это может вам навредить?
– Я пытался, но последние лет восемь у меня вес стабильно плюс-минус два килограмма. Чтобы я набрал пять килограммов мышечной массы – ничего не получается.
– Есть ли во Флориде игроки с лишним весом?
– Не обращал внимания. Но если так, навскидку, то у нас более-менее все стараются следить за собой и за своим питанием. Раз в месяц бывает замер жира, поэтому не профилонишь. Сильно расслабляться нам никто не дает.
– Каков у вас процент жира?
– Наверное, 7-8. Я не обращаю внимания, потому что знаю, что до 12 – это нормально. Сильно мало – это плохо.
"Флорида", выпивка, русские
– Когда вы уезжали из Америки в Россию, НХЛ была другой. Когда возвращались, лига стала более благоволящей малогабаритным форвардам. Вы это почувствовали?
– Возможно. Больше пришло небольших игроков, но более мобильных. И не только нападающих – защитников тоже. Наверное, с этим связано, что все говорят о том, что скорости возросли. Но прошло пять лет – так детально не могу сравнивать.
– Изменений в правилах вы не почувствовали?
– Правила и в России меняются, они более-менее идентичные сейчас, поэтому с ними у меня проблем не было.
– Болельщики "Флориды" считают вас самым умным игроком в хоккейном плане. Есть ли кто-то в "Пантерз" умнее вас?
– Наверное, есть такое у меня. Вообще, я не очень люблю комментировать свою игру. Есть болельщики, есть эксперты, пусть они обсуждают. Мое дело играть.
– Пол Морис на недавней пресс-конференции сказал, что Барков один из немногих игроков, которых не нужно тренировать. Правда?
– Да, потому что я знаю, сколько он тренируется сам. Поэтому лишний раз его тренировать – можно только навредить. Александр на самом деле очень трудолюбивый. И очень много работает.
– Были ли вы таким же трудолюбивым в столь раннем возрасте?
– В 23-24 года я уже начал понимать, что нужно больше работать. До этого, наверное, нет. Барков понял что к чему намного раньше. Это только плюс ему. Я бы тоже хотел понять все раньше.
– Получается, когда впервые уезжали в США, еще не совсем понимали?
– К каждому игроку понимание приходит постепенно. Кому-то раньше, кому-то позже. Кому-то только после 30 приходит. Плюс для тех, кому это понимание приходит раньше.
– Ваши лучшие сезоны еще впереди?
– Я надеюсь на это, но загадывать не буду.
– С возрастом как-то изменили подготовку к сезону и вообще работу по ходу сезона?
– Я теперь не делаю то, что мне не нужно. Я понял, что лучше работает для меня, как мне готовиться лучше всего.
– А что нужно и не нужно?
– Допустим, чередовать тренировки. Не каждый день в зал ходить и поднимать что-то, но и на кардио работать. У меня уже есть свой определенный план работы, который расписан на несколько месяцев вперед – чем начинать, чем заканчивать. А молодым я мог два месяца делать одно и то же. Не зная при этом, что для меня лучше.
– Периодически заглядывая в бар?
– К этому я спокойно относился. Не так часто.
– Бокал-то вина можете себе позволить?
– Конечно, но нормально погудеть, а на следующий день пойти тренироваться – так не могу.
– Бывали вообще такие случаи?
– Бывали, лукавить не буду. Но не очень часто. Может быть только в выходные.
– В прошлом году, игроки "Филадельфии", чтобы прервать серию из десяти поражений, вместе пошли в бар и напились. Не было таких идей во "Флориде" на старте этого сезона?
– Ну, это нормальная практика. Я думаю, по всему миру команды так делают. Не только в России.
– Насколько часто?
– Бывают незапланированные вечеринки, мол, у нас 10 поражений, нам срочно нужно что-то сделать, так что пойдемте отдохнем от хоккея, повеселимся. Но бывают и запланированные, по типу ужина новичков или Хэллоуина.
– В прошлом году на ужине новичков требовали от вас что-то исполнить?
– Ничего не требовали, только заплатить.
– У Богдана Киселевича уже был ужин новичков в этом году? Что на нем было?
– Уже был. Ничего особенного там не было, пару шуток рассказали и все.
– Как вообще Богдан осваивается?
– Неожиданно было то, что он приехал с достаточно сильным английским, поэтому проблем с коммуникацией у него никаких нет. Плюс у нас много русскоговорящих. Ему повезло.
– Отдыхаете отдельно, русской бандой?
– Частенько вместе собираемся. Бывает, на ужин ходим только русскими.
– И как на это тренер смотрит?
– А что в этом такого? Каждый ходит на ужин, с кем хочет.
– Скажем, в "Монреале" на это обращали внимание, когда Радулов там был. Считалось, что команда разбивается таким образом на группы.
– Бывает, что генеральный менеджер пройдет, если мы сидим все вместе – он может сказать в шутку, мол, на английском говорите.
– В раздевалке можете на русском разговаривать?
– Если обсуждаем какие-то хоккейные вопросы, то в основном на английском, потому что привлекаем кого-то еще в беседу. А так, если какие-то личные дела, то только на русском.
– Партнеров по команде научили русскому?
– Русский очень сложно выучить. А так – плохие слова на русском все знают и без нас.
Улыбки, лицемерие
– Перед Флоридой вы жили несколько лет в дождливом Питере. Насколько сейчас вам легче вставать, легче ехать на тренировку, и вообще настроение, наверное, другое?
– Для меня нет какой-то принципиальной разницы. Утром ты просыпаешься и знаешь, что поедешь на тренировку. Думаешь о ней, а не о солнце. На погоду не обращаешь внимания. В день игры не погуляешь по улице и не полежишь на пляже. Потому что знаешь, что это может расслабить. В Питере было так же – когда сырость и слякоть по улице, особо не погуляешь. Сезон в основном проходит в помещениях. Я понимаю, что обстановка может расслабить. Поэтому стараюсь не думать о солнце, пляже и расслабоне. Все мысли в основном о том, как лучше подготовиться к игре.
– В Америке люди больше улыбаются, чаще здороваются. Случился ли у вас культурный шок?
– Наверное, да. Это я заметил еще в первый раз, когда приезжал в НХЛ. Нормально к этому отношусь. Понимаю, что некоторые люди могут тебе улыбнуться, а некоторые нет. Мне без разницы.
– Стали ли вы больше улыбаться в США?
– Возможно, но не всегда. Иногда бывает такое настроение, что никому не готов улыбаться.
– Многие хоккеисты рассказывают, что в НХЛ много лицемерия. В лицо могут говорить одно, а на деле выходит совсем другое. Сталкивались ли вы с этим?
– Не было такого. Возможно, где-то такое и встречается, но и в России ведь тоже. Примеров у меня нет, но, думаю, везде это присутствует.
– Все те же хоккеисты говорят, что российские тренеры все-таки честнее. Чаще говорят именно то, что думают.
— Возможно. Наверное, я более доверчив к людям. То, что мне говорят, я принимаю за правду. Лицемерие или нет – не знаю точно.
– Обманывали ли вас когда-нибудь?
– Моменты какие-то были. С некоторыми людьми в моей жизни были периоды, когда мы годами не общались. Но не знаю, чего тут больше – лицемерия или еще чего-то.
Контракт, Шипачев
– Киселевич рассказывал, что не ожидал, что в НХЛ в каждой смене нужно что-то доказывать. Вы тоже ощутили такую разницу с КХЛ, где какую-то смену можно отыграть, не напрягаясь, а за океаном так не получится?
– И в КХЛ так нежелательно делать. Но бывают случаи, когда накопилась усталость, когда нет сил, и не можешь в полную силу что-то сделать. Я придерживаюсь мнения, что если ты профессиональный спортсмен, то ты должен всегда выходить и доказывать. Послаблений нужно как можно меньше давать себе. Не всегда получается, но всегда нужно стремиться к чему-то высшему.
– Играть за СКА все-таки по определению проще. Все четыре звена примерно близки по уровню, а в НХЛ первая тройка по любому намного сильнее четвертой.
— Сейчас и в НХЛ команды стараются выравнивать все звенья. И наша "Флорида", и, скажем, "Нью-Джерси", и "Каролина" – где-то уже и три звена примерно равных. Где-то уже и чуть ли не по четыре равных.
– Почему вам так легко удалось влиться в НХЛ? И с Барковым химия была очевидна с самого начала.
— Конечно, заслуга партнеров многое значит. Но доверие тренера – в первую очередь. Когда ты его чувствуешь, когда не ощущаешь какого-то давления, которое отвлекает и мешает, что мысли всякие лезут в голову, когда тебе дают время, все проще и легче получается.
– Можно сказать, что вам повезло идеально вписаться в коллектив, и с тренером сразу удалось найти общий язык?
– Наверное, но выводы потом будем делать.
– У вас ведь были другие предложения.
— Конечно.
– Долго думали? И что в пользу "Флориды" сыграло?
– Думал до последнего момента. До 1 июля не мог подписывать контракт, поэтому думали, решали, взвешивали все за и против. В последний момент определились, что "Флорида" больше подходит.
– У вас же там жилье уже было.
– Да.
– Это большой фактор?
— Небольшой. Скорее, как плюс. Все знакомое, известное.
– А налоги? Там же нет налога штата.
– Есть еще несколько штатов, где тоже нет этого налога. На налоги точно не смотрел, это не главное.
– Правда, что вы хотели с Вадимом Шипачевым играть в одной команде в НХЛ?
– Да, "Вегас" был одним из вариантов, чтобы вместе уехать туда.
– Но вы пошли во "Флориду" и договаривались, чтобы он тоже с вами пошел?
— Немножко не так. Во-первых, Вадим еще в мае подписал контракт. Я этого никак не мог сделать в мае, мне надо было ждать 1 июля (Дадонов в отличие от Шипачева ранее выступал в НХЛ, поэтому не мог подписать контракт до этого числа). Он подписал, а я не имел права. Два месяца – достаточно долгий срок, чтобы взять и договориться, что я точно туда еду.
– Повлияла ли на ваши взаимоотношения эта история? Шипачев, зная, что раньше июля вы не можете подписывать контракт, в мае заключает соглашение.
— Пару раз писал ему. На Новый год вроде. В любом случае, перейдя в разные команды, мы стали бы меньше общаться. Даже если бы сразу подписались в разные и договорились об этом. У каждого своя личная жизнь, получается общаться не со всеми, с кем хотелось бы.
– Вы могли 1 июля подписать контракт с "Вегасом"?
— Как один из вариантов.
– Карьера Вадима тогда пошла бы по другому сценарию?
– Как я могу это сказать?
– Вы прекрасно знакомы с кухней НХЛ, знаете внутренние порядки. Могли бы ему что-то объяснить, рассказать. У вас, в отличие от него, есть английский.
– Ну да, но я даже не знаю, как пошла бы тогда моя карьера.
Войнов, Кулемин, Панарин
– Вы ведь общаетесь с Войновым?
— Да, мы виделись в Майами до сезона, он был там. Сейчас не знаю, где Слава. Тогда пообщались, делился он мыслями и проблемами. А так вроде – дела у него нормально. Мы достаточно близко общаемся, но сейчас начался сезон. Думаю, он не хочет меня сильно отвлекать, да и мне особенно некогда. Периодически переписываемся с ним.
– Войнов верит, что ему разрешат играть? И как вы смотрите на эту ситуацию?
— Я верю. Не знаю, в каком он настроении. Наверное, раз чего-то ждет, значит, верит. Мне он не рассказывал, что есть какие-то варианты. Может быть, что-то и есть, но говорить не хочет.
– Многие говорят, что в Америке абсолютно свободная пресса, но про Войнова не встретишь ни одного хорошего слова. Даже нейтрального. Потому что непопулярное мнение может больно ударить. Как вы относитесь к этому?
— Мне на прессу все равно. Я редко читаю что-то – могу зайти на сайты спортивные, посмотреть счет или интервью почитать какое-нибудь. Но чтобы следить за отзывами об игроках – нет, стараюсь не обращать на это внимание. Если взять конкретно Войнова, то я и так знаю, какой он для меня игрок и человек. Мне важнее мое мнение, а не то, кто и что думает о нем.
– Российские хоккеисты из НХЛ делятся на два типа – кто остается жить в Америке и кого тянет обратно в Россию. К какому вы относите себя?
— Не могу ответить, где буду жить. Я даже не знаю, что будет на следующий сезон.
– Еще же год контракта.
— Жизнь – такая штука, что ничего не гарантировано. И с контрактами разные вещи бывают. Я очень скучаю по России. Мне хочется и домой, и с русскими общаться, и к русскому менталитету поближе. Но прогнозировать я не могу, как сложится жизнь через два года. Мало ли, в Европу уеду или куда – посмотрим.
– Но есть же спортивные амбиции. Вам же хочется постоянно играть против условного Макдэвида?
— Это понятно. Хочется и как можно дольше. Может быть, до конца карьеры играть в НХЛ. Но как и что сложится, я гарантировать не могу. На сегодняшний день я во "Флориде", живу тут, дети ходят в садик, и жена тут, английский учит, чтобы легче ей было.
– Как вы относитесь к истории с Кулеминым? И хотели бы, чтобы ваши дети тоже получили американское гражданство и образование?
— На самом деле, они оба у меня родились в Америке, так что у них есть и российские, и американские паспорта. Поэтому большой задачи, чтобы они гражданство получили, у меня нет. А дальше – как сложится. Знаю, что многие, когда отводят детей в американскую школу, они в русской больше учиться не могут. По-русски толком не могут говорить. Не знаю, как у нас будет.
– В России многие называют Кулемина предателем.
— Да какой предатель? За сборную России он всегда играет. Правильно? Нужно учитывать не только его мнение, но и жены, и смотреть, как лучше для детей будет. Как они считают, что лучше для детей. А так – сколько людей из России живет в США. Всех предателями назвать, что ли?
– Панарин хочет уйти из "Коламбуса", и в числе трех городов, называемых его желанными направлениями, есть и Майами. Вы бы хотели, чтобы он перешел во "Флориду"?
— Меня недавно спрашивали об этом, и я ответил: "Мало ли чего я хотел бы". Все будет зависит от него. Мы играли с ним, и я ему в шутку говорил – мол, давай к нам. Он то ли серьезно, то ли в шутку сказал: "У вас народ на хоккей не ходит". Ха-ха. Когда у него будет конкретное предложение, тогда и начнет думать.
– Кучеров его тоже к себе звал.
— Ну, никто бы от такого игрока не отказался.
– Может ли ваша связка с Панариным в НХЛ быть такой же эффективной, какой была в России?
— Не знаю. Интересно было бы попробовать.
– Барков по центру вместо Шипачева.
– Об этом можно разговаривать. Но главное ведь – будет или не будет. Если будет – поглядим.
– Понимаете его желание переехать в большой город?
– Не знаю, правда ли это его желание или домыслы журналистов.
– Он никак не комментирует это.
— По мне, если у тебя такая работа, то ты можешь оказаться и в большом городе, и в маленьком. Что с этим поделать? Такая жизнь у спортсменов. Ты не можешь выбрать одно место и играть там всегда. Переезжать часто приходится. Наверное, есть люди, которые любят большие города, вроде Нью-Йорка. Кому-то нравится наоборот, чтобы было поспокойнее. Тут его желание.
– Вы смогли бы жить в Нью-Йорке, городе, который никогда не спит?
— Никогда не пробовал. Когда на игры приезжаем, походить там, погулять – мне все нравилось. То же самое Москва – я там никогда не жил долгое время, поэтому мне сложно ответить на этот вопрос. В любом случае, в Майами тяжело выходить и играть в хоккей, потому что там всегда солнце. Наверное, нужно абстрагироваться от всего. Если ты играешь в хоккей, то все мысли должны быть только о нем.
КХЛ – НХЛ
– Если говорить о выставочных матчах НХЛ – КХЛ. Вы знаете, как к предсезонке относятся в НХЛ. Реально ли увидеть зарубу в этих матчах, ведь проводиться они будут в предсезонный период?
– Почему бы и нет? Клубы НХЛ на выставочных матчах уделяют много внимания и тактике, и отношениям к играм, чтобы хоккеисты выходили на повседневную рутину – и физически, и морально были готовы к играм. Есть много игроков, кто борется за место в составе. Как показывает практика, расслабляться нежелательно. И для КХЛ это очень интересно сыграть на уровне, доказать, что эта лига ничем не хуже. В этом матче обе команды выкладывались бы на 100 процентов.
– В 2011 году СКА играл с "Каролиной", тогда "Харрикейнс" были недовольны. Получили травмы несколько игроков, в том числе Эрих Стаал, хотя шла предсезонка, и все должно было быть спокойно. Сейчас что-то изменится?
– К сожалению, не помню, как складывался тот матч. Но от травм никто не застрахован. Можно и на тренировке травму получить и тоже быть недовольным.
– Если с вашей стороны тренер увидит на предсезонке прокат, он это припомнит? Или поймет, что это предсезонка, а ты один из лидеров команды, и убиваться не стоит?
– Не будем на мне показывать, но я думаю, что если в любой другой команде хороший игрок что-то сделает не в полную, то тренер может закрыть глаза и сказать просто, что в сезоне так делать не надо. Возможно, кто-то не в полную силу готовится, но все стараются на максимуме.